Несмотря на широкое признание субъективной природы фотографии, многие
постмодернистские теоретики, фотохудожники, преподаватели фотографии или
фотокритики (особенно рекламные фотографы) строят свое дело на убежденности в
том, что все люди предсказуемо (и одинаково) реагируют на фотографии. Они
считают, что людей можно научить читать фотографии так же, как книги, и
полагают, что вполне возможно научиться объективно и «правильно» расшифровывать
секретные коды и подтексты фотографий, даже рассматривая снимки с позиции
постороннего.
Однако, данная
«способность», разумеется, полностью зависит от степени соответствия систем
ценностей, восприятия интерпретатора и фотографа, субъекта или владельца (так
как фотография имеет различные значения для разных людей, взаимодействующих с
ней). То, кем является зритель, определяет то, что видят его глаза и сознание.
Значение любого изображения формируется, когда зритель избирательно воспринимает
лишь заметные и значимые для него объекты. Кроме того, необходимо учитывать
значение, изначально заложенное в фотографию автором снимка, который снял (или
«взял») фото с определенной целью, обычно отличной от цели, предполагаемой
зрителями. Когда впоследствии подобные артефакты отбираются или
«перерабатываются» для дальнейшего использования (альбомы, подарки,
скрин-сейверы, пересылаемые изображения в формате jpeg и так далее), на
изначальный смысл наслаиваются новые значения, придаваемые теми, кто работает с
данным изображением, поэтому восстановить изначально заложенный в снимок смысл
бывает сложно.
Другими словами,
несмотря на заглавия и подписи, раскрывающие тайные подтексты, предлагаемые для
деконструкции изображений ключи или критический дискурс о фотохудожниках,
характерный для галерей, книг или более популярных источников, фактом остается
то, что подлинное значение любой фотографии недоступно объективному познанию и
не может быть предсказано - особенно сторонним наблюдателем, не задействованным
ни на одном из этапов создания снимка.
1 Все эти ресурсы можно найти на страницах
веб-сайта «Техники фототерапии» www.phototherapy-centre.com, а также в
интерактивной дискуссионной группе PhotoTherapy Discussion Group, где можно
связаться с людьми со всего мира.
Согласно
экзистенциалистской и феноменологической перспективам, когда люди что-либо
воспринимают, они порождают то, что в дальнейшем считают реальным, и большая
часть смысла и эмоциональной нагрузки, которую они видят в чем-либо или
ком-либо, в основном закладывается ими самими в процессе восприятия. Таким
образом, то, что замечается наблюдателем, определяется как значимое, и от этих
«существенных отличий» зависит не только то, как понимается однажды сделанная
фотография, но и то, будет ли эта фотография создана вообще. Рассматривая
первоначальный замысел фотографии и приписываемые ей в дальнейшем значения,
невозможно отделить личное от социокультурного и политического. Скрытое значение
будет присутствовать в фотографии лишь для тех, кто его ищет.
Как было сказано
ранее, значение фотографии не только разнится для каждого человека, который
смотрит на нее, фотографирует или фигурирует на снимке, но и ситуационно зависит
от уникальности мгновения, в которое происходит взаимодействие «человек-камера»
(«подходящий» момент, чтобы запечатлеть то, что находится перед объективом
камеры). Несмотря на то, что постмодернизм сделал многое для привлечения
внимания к факту создания фотографии именно человеком, а не камерой, многим
достаточно трудно понять, что множество ежедневно «атакующих» нас
фотоизображений не обязательно должны нести определенные значения и эмоции,
которые порождаются самим человеком в процессе просмотра.
Истина состоит в
том, что эти эмоции они получают не от фотографии! С позиции изучения того, как
значение формируется самой фотографией, старая поговорка «что видишь, то и
получаешь» приобретает более глубокий смысл. Абсолютно все, что человек
инстинктивно воспринимает как присутствующее на фотографии, в основном
определяется (и избирательно создается) тем, что происходило в его жизни до
мгновения первого знакомства со снимком (что также влияет и на понимание смысла
изображенных объектов при просмотре снимка в дальнейшем). Аналогичный процесс
влияет на принятие фотографом решения о том, фиксировать ли данный момент
времени на пленку или нет. Если этот момент настолько особенный, что он хочет
его сохранить, фотограф щелкает затвором фотообъектива, а человек, стоящий рядом
с ним, при этом может не заметить ничего интересного для фотографирования. В
этом смысле, очевидно, что объектив камеры всегда фокусируется вовнутрь в той же
степени, что и вовне - на субъекте, попавшем в поле зрения фотографа,
Все это еще в
большей степени усложняется стихийным взаимодействием множества культурных,
общественных, семейных, расовых, тендерных и прочих дифференцирующих векторов и
мощных противоречий, предшествующих появлению конкретного снимка и
детерминирующих его существование. Фотография, получив осязаемую, фиксированную
форму, никогда не сможет в полной мере передать весь «пласт жизни», который
фотограф попытался запечатлеть. Поскольку реакция отдельного зрителя
основывается на уникальных индивидуальных ощущениях, фактическое значение любой
фотографии существует лишь в неподдающейся наблюдению (хотя и не обязательно
случайной) сфере пересечения сенсорно-кодированных ассоциаций, возникающих на
неосязаемой границе между конкретным зрителем и изображением.
Согласно законам
квантовой физики, жизнь движется в виде волн энергии, и попытка остановить
движение этих волн на время, необходимое для их изучения, неумолимо изменяет
суть изучаемого феномена. Аналогично, попытка использования фотографии для
остановки времени (что невозможно) в лучшем случае способствует аппроксимации
эмоций и момента, который фотограф попытался запечатлеть, поскольку фотография
фиксирует лишь вероятности, а не реалии.
Чувства сами по
себе недолговечны, за исключением случаев, когда камера фиксирует эмоциональные
и поведенческие проявления. В действительности, на пленке запечатлеваются лишь
их визуальные «следы». То, что мы видим на фотографии - лишь отпечаток
прошедшего мгновения, который вместо того, чтобы отображать то, что
действительно происходило перед объективом, улавливает лишь свет, отраженный от
объектов. Однако осознание данных различий обычно теряется в момент
взаимодействия человека и снимка, формирующего подобно голограмме значение,
воспринимаемое как присущее этому снимку.
Поскольку чувства
людей существуют как потоки сенсорной энергии, их слова и мысли о чувствах могут
быть лишь приблизительными попытками зафиксировать то, что происходит внутри.
Это особенно очевидно в ситуации, когда люди неспособны говорить о своих сильных
реакциях на травматические происшествия. Сложность вызывает репрезентация
(повторное переживание) внутреннего опыта с использованием лишь выраженной
вербальной формы коммуникации (устная / письменная речь) для наиболее полной
передачи своих чувств и мыслей другим людям.
Обычно люди
практически теряют дар речи в подобных экстремальных эмоциональных ситуациях.
Однако, информация, сенсорно атакующая их мозг (и тело) в подобных условиях,
продолжает проникать в них и сохраняется в чувственной форме до тех пор, пока
что-то помимо слов не откроет доступ к невербальной информации, хранящейся
глубоко внутри. Б частности, использование обычного вербального кода
общепринятого языка (то есть, речь или письмо) всегда будет зависеть от
взаимного соглашения между «отправителем» и «получателем» о конкретном
содержании словарных сигналов. Другими словами, язык - это «повторный перевод»
опыта, изначально полученного в невербальной чувственной форме, потому
необычайно сложно обсуждать с помощью слов то, что у человека на душе.
Необходимо иметь в
виду, что любая попытка передать чувства словами автоматически прерывает их
естественный поток и, соответственно, неминуемо и кардинально меняет их
сущность, поскольку чувства облекаются в форму мысленных переводов (когнитивных
структур), которые никогда не смогут передать их в полной мере. Справедливо и
обратное: попытки использовать слова с целью вызвать или усилить чувства не
всегда успешны, поскольку невозможно одновременно переживать эмоции и говорить о
них.
Если у человека
есть проблемы в личной жизни, отношениях, и он не может решить их
самостоятельно, то, скорее всего, данные проблемы настолько глубоко укоренены в
бессознательных чувствах, мыслях, ценностях, взглядах и воспоминаниях, что
человек даже не догадываются о внутреннем существовании таких эмоций.
Высвободить эти глубинные невербальные потоки чувств и ассоциативных значений,
сделать их осознанными, чтобы появилась возможность о них говорить, ~ задача не
из легких.
По этим причинам
многие психологи стали использовать уникальные особенности художественного
творчества клиентов в качестве эффективного инструмента изучения внутреннего
мира, чувств, секретов и воспоминаний в случаях, когда одни только слова не
могли преодолеть вербальную защиту и рациональные объяснения. Аналогичным
образом, терапевты применяют личные и семейные снимки клиентов в техниках,
основывающихся на реакциях / интеракциях клиентов с фотографиями. Используя
фотографии, сделанные клиентами или другими людьми, а также фотографии, на
которых изображены клиенты, снимки, которые те решили сохранить, снимки,
созданные ими как автопортреты, и фото, сформированные и «переработанные» в
нарративы, альбомы и аналогичные личные коллекции (и даже фото, которые люди
просто помнят или представляют), терапевты могут помочь им глубже «исследовать»
собственную жизнь и получить более четкую картину возможных причин их личных
проблем.
Разумеется,
пословица «увидеть - значит поверить» справедлива, однако для терапевта,
пытающегося проникнуть в сознание клиента с целью понять его уникальный способ
взаимодействия с миром и выявить причины возникновения проблем, также важно
помнить, что не менее справедливо утверждение «поверить - значит увидеть».
Поскольку история любой фотографии заключается в том, что она будит в нас, а не
просто изображает, фраза «видите, что я имею в виду?» приобретает важное
значение в фототерапии.
источник:
|
Вайзер Дж.
Техники фототерапии: использование интеракций с фотографиями для
улучшения жизни людей // Визуальная антропология: настройка оптики /
Под ред. Е. Ярской-Смирновой, П. Романова. М.: Вариант, ЦСПГИ, 2009.
С. 64-108 |
директор Центра фототерапии в Ванкувере Канада Джуди Вайзер
www.phototherapy-centre.com
Техники фототерапии: использование интеракций с фотографиями для улучшения жизни
людей
Джуди
Вайзер
